«…Да, хорошо жилось детям,
только недолго. Отец их, король той страны, женился на злой королеве, и она с
самого начала невзлюбила бедных детей. Они испытали это в первый же день. Во
дворце шел пир, и дети затеяли игру в гости. Но вместо пирожных и печеных
яблок, которые они всегда получали вдоволь, мачеха дала им чайную чашку речного
песку – пусть представят себе, что это угощение»
Жили-были старичок и старушка в маленьком домике на краю леса. Всё у них в жизни спорилось, одного только не хватало — не было у них детей. И вот однажды, когда старушка раскатывала на столе пряник из имбирного теста, она взяла да и сделала из него маленького человечка! С ручками, ножками, с головой — и поставила в духовку. Через некоторое время старушка подошла посмотреть, пропёкся ли пряник. И как только она распахнула дверцу духовки... Пряничный человечек выскочил из неё и бросился со всех ног из дома.
«Во время
ярмарки всегда бывала давка и суматоха и почти всегда шел дождик; во влажном
воздухе так и пахло крестьянскими кафтанами и – что куда приятнее – медовыми
коврижками. Целая лавка битком бывала набита коврижками! Славно! А что еще
лучше – хозяин лавочки останавливался у родителей Кнуда, и мальчику, конечно,
перепадало всякий раз по коврижке, которую он сейчас же делил с Иоганной.
Важнее же всего было то, что продавец коврижек умел рассказывать чудесные
истории почти обо всякой вещи, даже о своих коврижках».
«Не
кто-нибудь, а отцы города показывали народу диковинные клубни и громко учили,
как картофель сажать, как ходить за ним и как его готовить. Да что толку: в
одно ухо вошло, в другое вышло. Люди так и не поняли, что им говорят, и стали
пробовать на вкус сырую картошку. — Тьфу, до чего противная! — говорили они и
швыряли картошку в сточную канаву, и видели собственными глазами, что даже
собаки брезговали ею. Нашлись и такие, кто попытался посадить картошку: одни
закопали картофелины подальше друг от друга и стали ждать, когда из них
вырастут деревья, и можно будет снимать плоды».
« - Нужно тебя еще наградить за то, что ты такой послушный, - продолжала старуха. - Потерпи немного: я сварю тебе такой суп, что ты его до смерти вспоминать будешь.
Она снова свистнула в свой свисток, и на кухню примчались морские свинки, одетые как люди: в передниках, с поварешками и кухонными ножами за поясом. За ними прибежали белки - много белок, тоже на двух ногах; они были в широких шароварах и зеленых бархатных шапочках. Это, видно, были поварята. Они быстро-быстро карабкались по стенам и приносили к плите миски и сковородки, яйца, масло, коренья и муку. А у плиты суетилась, катаясь взад и вперед на своих кокосовых скорлупках, сама старуха - ей, видно, очень хотелось сварить для Якоба что-нибудь хорошее. Огонь под плитой разгорался все сильнее, на сковородках что-то шипело и дымилось, по комнате разносился приятный, вкусный запах. Старуха металась то туда, то сюда и то и дело совала в горшок с супом свой длинный нос, чтобы посмотреть, не готово ли кушанье.
Наконец в горшке что-то заклокотало и забулькало, из него повалил пар, и на огонь полилась густая пена.
«Вот
радости-то было! Весь вечер и весь следующий день стоял на огне горшочек, и в
городе не осталось ни одной кухни, будь то дом камергера или сапожника, о
которой бы принцесса не знала, что там стряпают. Фрейлины плясали от радости и
хлопали в ладоши.
- Мы знаем, у кого сегодня сладкий суп и блинчики!
Знаем, у кого каша и свиные котлеты! Как интересно!»
Оказывается, сладкий суп – вовсе не сказочная выдумка, а
национальный датский десерт – Rødgrød med fløde – нечто среднее между
супом-пюре и киселем. Его готовят из уваренных свежих или замороженных ягод
(клубники, смородины, голубики) и ревеня. Полученную «красную кашу» заливают
сливками и подают как десерт.
